У исто­ков Республики

Лето­пись. Часть 6. Июнь 2020 год

Совре­мен­ный этап наци­о­наль­но­го стро­и­тель­ства берет свой отсчет с собы­тий рево­лю­ци­он­но­го, 1917 года. 2 (15) нояб­ря Сове­том народ­ных комис­са­ров РСФСР была при­ня­та «Декла­ра­ция прав наро­дов Рос­сии», под­пи­сан­ная Вла­ди­ми­ром Лени­ным и Иоси­фом Ста­ли­ным, гаран­ти­ру­ю­щая пра­во всех наций на самоопределение.

ПОИСК ФОРМ
Опи­ра­ясь на Декла­ра­цию, пред­ста­ви­те­ли малых наро­дов Повол­жья отверг­ли уже при­ня­тый 22 мар­та 1918 года СНК и Нар­ком­на­цем Декрет о созда­нии Тата­ро-Баш­кир­ской рес­пуб­ли­ки, тер­ри­то­ри­аль­но охва­ты­ва­ю­щей Сред­нее Повол­жье и Южный Урал. Кате­го­рич­ная реак­ция пред­ста­ви­те­лей малых наро­дов (чува­шей, чере­ми­сов, вотя­ков, кря­ше­нов) при­ве­ла к идее созвать в нояб­ре 1919 года II Все­рос­сий­ский съезд ком­му­ни­сти­че­ских орга­ни­за­ций наро­дов Восто­ка. Идея Тата­ро-Баш­кир­ской рес­пуб­ли­ки боль­шин­ством деле­га­тов была откло­не­на, и Полит­бю­ро ЦК ВКП(б) при­ни­ма­ет поста­нов­ле­ние об отмене декре­та СНК о Тата­ро-Баш­кир­ской рес­пуб­ли­ке.
Поиск форм наци­о­наль­но­го само­опре­де­ле­ния этно­са, вопрос выра­бот­ки фор­мы наци­о­наль­но­го само­управ­ле­ния сде­лал­ся акту­аль­ным и для чува­шей. 4 фев­ра­ля 1920 г. открыл­ся Пер­вый Все­рос­сий­ский съезд чуваш­ских ком­му­ни­сти­че­ских сек­ций, яче­ек РКП(б) и актив­ных работ­ни­ков. Глав­ный вопрос, под­ня­тый на съез­де, – созда­ние чуваш­ской авто­но­мии. Съезд пору­чил Чуваш­ско­му отде­лу Нар­ком­на­ца во гла­ве с Дани­и­лом Эль­ме­нем решить вопрос о выде­ле­нии чуваш в само­сто­я­тель­ную адми­ни­стра­тив­ную еди­ни­цу – «Чуваш­скую тру­до­вую ком­му­ну» – с пря­мым под­чи­не­ни­ем феде­раль­но­му центру.

Эль­мень под­го­то­вил про­ект созда­ния пер­вой чуваш­ской авто­но­мии, в осно­ву кото­ро­го был поло­жен этни­че­ский прин­цип, с несколь­ки­ми вари­ан­та­ми тер­ри­то­ри­аль­но­го устрой­ства. А в одном из них в состав чуваш­ской ком­му­ны пред­по­ла­га­лось вклю­чить все без исклю­че­ния тер­ри­то­рии Казан­ской и Сим­бир­ской губер­ний с отно­си­тель­но ком­пакт­ным чуваш­ским насе­ле­ни­ем, в том чис­ле и зем­ли, не имев­шие общих гра­ниц с авто­но­ми­ей. Напри­мер, на тер­ри­то­рии Татар­ста­на из воло­стей Спас­ско­го, Чисто­поль­ско­го уез­дов в Зака­мье наме­ча­лось обра­зо­ва­ние анклав­но­го Сун­че­ле­ев­ско­го рай­о­на как адми­ни­стра­тив­ной еди­ни­цы чуваш­ской авто­но­мии, хотя дан­ный рай­он был бы отда­лен от гра­ниц авто­но­мии более чем на 150 км.

БОРЬБА ЗА ПРАВО
После декре­та ВЦИК и Сов­нар­ко­ма РСФСР от 27 мая 1920 г. «Об Авто­ном­ной Татар­ской Совет­ской Соци­а­ли­сти­че­ской Рес­пуб­ли­ке» вопрос о предо­став­ле­нии чува­шам авто­но­мии встал еще ост­рее, так как реше­ни­ем ВЦИК Козь­мо­де­мьян­ский, Чебок­сар­ский, Цивиль­ский, Ядрин­ский уез­ды Казан­ской губер­нии, ока­зав­ши­е­ся вне гра­ниц Татар­ской АССР, вклю­ча­лись в состав Ниже­го­род­ской губер­нии. Во ВЦИК было пода­но хода­тай­ство об учре­жде­нии и Чуваш­ской адми­ни­стра­тив­ной еди­ни­цы.
8 июня 1920 г. Полит­бю­ро ЦК РКП(б), решая орга­ни­за­ци­он­ные вопро­сы, свя­зан­ные с обра­зо­ва­ни­ем Татар­ской АССР, обсу­ди­ло и вопрос «О Чуваш­ской рес­пуб­ли­ке», при­зна­ло необ­хо­ди­мым из Цивиль­ско­го, Чебок­сар­ско­го и Ядрин­ско­го уез­дов обра­зо­вать адми­ни­стра­тив­ную еди­ни­цу чуваш­ско­го наро­да. При этом все же вопрос о выде­ле­нии чува­шей в отдель­ную адми­ни­стра­тив­ную еди­ни­цу прак­ти­че­ски не раз­ре­шал­ся пото­му, что опре­де­лен­ные работ­ни­ки цен­траль­ных орга­нов стра­ны сомне­ва­лись в целе­со­об­раз­но­сти ее созда­ния яко­бы …из-за отсут­ствия сво­ей наци­о­наль­ной куль­ту­ры у чува­шей, убыст­рен­но­го про­цес­са их обру­се­ния. Впро­чем, боль­шин­ство чле­нов Полит­бю­ро ЦК РКП(б) во гла­ве В.И. Лени­ным в корне не согла­ша­лись с подоб­ны­ми дово­да­ми. И пока воз­мож­ность пере­да­чи отхо­дя­щих от быв­шей Казан­ской губер­нии чуваш­ских уез­дов Ниже­го­род­ской губер­нии еще не отпа­ла, чуваш­ские орга­ни­за­ции нача­ли дей­ство­вать решительно.

15 июня 1920 г., обсу­див создав­ше­е­ся поло­же­ние, ответ­ствен­ные пар­тий­ные работ­ни­ки Чуваш­ской сек­ции при Казан­ском губ­ко­ме РКП(б) вынес­ли поста­нов­ле­ние: чуваш­ские уез­ды ни в коем слу­чае нель­зя пере­да­вать Ниже­го­род­ской губер­нии, где совер­шен­но не зна­ют свое­об­ра­зия быта, язы­ка и куль­ту­ры чува­шей. Эль­мень посе­тил ЦК РКП(б), где он выра­зил реши­тель­ный про­тест про­тив орга­ни­за­ции авто­но­мии чуваш­ско­го наро­да с вклю­че­ни­ем в адми­ни­стра­тив­ную еди­ни­цу толь­ко трех уез­дов, т. к. боль­шое чис­ло чува­шей оста­ва­лось бы вне пре­де­лов авто­но­мии. И 19 июня 1920 г. Чуваш­ский отдел при Нар­ком­на­це с гри­фом «Весь­ма спеш­но» пред­ста­вил в Пре­зи­ди­ум ВЦИК свой «Мемо­ран­дум» отно­си­тель­но раз­ре­ше­ния в спеш­ном поряд­ке вопро­са о «Чуваш­ской тру­до­вой ком­муне». «Мемо­ран­дум» отвер­гал воз­мож­ность пере­да­чи чуваш­ских уез­дов Ниже­го­род­ской губер­нии и при­вет­ство­вал предо­став­ле­ние татар­ско­му наро­ду автономии.

И в даль­ней­шем вопрос о предо­став­ле­нии чува­шам авто­но­мии решал­ся уже весь­ма опе­ра­тив­но. Народ­ный комис­са­ри­ат по делам наци­о­наль­но­стей под­дер­жал хода­тай­ство Чуваш­ско­го отде­ла. А на дру­гой день, 22 июня 1920 г., состо­я­лось засе­да­ние Сов­нар­ко­ма, на кото­ром был одоб­рен про­ект чуваш­ской авто­но­мии. Одна­ко реше­ние о фор­ма­те при­ня­то не было, посколь­ку Ленин высту­пил про­тив идеи Ком­му­ны в поль­зу Чуваш­ской авто­ном­ной обла­сти с более широ­ки­ми пол­но­мо­чи­я­ми. 24 июня 1920 г. был под­пи­сан исто­ри­че­ский для чуваш­ско­го наро­да Декрет об обра­зо­ва­нии Чуваш­ской авто­ном­ной обла­сти как части РСФСР с адми­ни­стра­тив­ным цен­тром в горо­де Чебок­са­ры. Так впер­вые в сво­ей исто­рии чуваш­ский народ обрел свою авто­но­мию – основ­ной реги­он оби­та­ния этно­са полу­чил офи­ци­аль­ный ста­тус авто­ном­ной области.

Из вос­по­ми­на­ний жур­на­ли­ста и заве­ду­ю­ще­го под­от­де­лом печа­ти Чуваш­ско­го отде­ле­ния Народ­но­го комис­са­ри­а­та по делам наци­о­наль­но­стей Пла­то­на Львова: 

«Август 1920 г. В глав­ном горо­де толь­ко что обра­зо­ван­ной Чуваш­ской авто­ном­ной обла­сти необы­чай­ное ожив­ле­ние. Весть об авто­но­мии уже обле­те­ла все зако­ул­ки Чува­шии, и Чебок­са­ры бук­валь­но оса­жда­лись целы­ми тол­па­ми вся­ких ходо­ков или про­сто любо­пыт­ству­ю­щих. 20 авгу­ста Чебок­са­ры празд­но­ва­ли офи­ци­аль­но в пер­вый раз объ­яв­ле­ние авто­но­мии. Пло­щадь в Чебок­са­рах запол­ня­ет­ся колон­на­ми демон­стран­тов. Раз­ве­ва­ют­ся крас­ные зна­ме­на. Вся базар­ная пло­щадь со всех сто­рон «оцеп­ля­ет­ся» любо­пыт­ству­ю­щи­ми. В боль­шом коли­че­стве появ­ля­ют­ся кре­стьяне и кре­стьян­ки из бли­жай­ших дере­вень. Повсю­ду рево­лю­ци­он­ные пес­ни. Вот и две­на­дцать уда­ри­ла калан­ча. На про­лет­ках подъ­ез­жа­ют к три­буне чле­ны Рев­ко­ма, област­ной воен­ком и др. Пер­вые же при­вет­ствия покры­ва­ют­ся гро­мо­вы­ми радост­ны­ми апло­дис­мен­та­ми и кри­ка­ми «ура». Откры­ва­ет­ся митинг. Тов. Эль­мень от име­ни пра­ви­тель­ства поздрав­ля­ет тру­дя­щих­ся Чува­шии с объ­яв­ле­ни­ем авто­но­мии. Один за дру­гим высту­па­ют и на чуваш­ском, и на рус­ском язы­ках с при­вет­стви­я­ми чле­ны Рев­ко­ма и гости. После митин­га про­ис­хо­дит заклад­ка памят­ни­ка в честь объ­яв­ле­ния авто­но­мии. Демон­стран­ты дол­го не рас­хо­дят­ся, с рево­лю­ци­он­ны­ми пес­ня­ми они шеству­ют по ули­цам: Розы Люк­сем­бург, Боль­шая Совет­ская, Сверд­ло­ва, Ленин­ская. Вече­ром в народ­ном доме [сей­час – Музей­но-выста­воч­ный центр] про­ис­хо­дит тор­же­ствен­ное засе­да­ние Рев­ко­ма и Чебок­сар­ско­го уезд­но­го испол­ко­ма.» (П.З. Львов. Тыся­ча девять­сот два­дца­тый // 15 лет Совет­ской Соци­а­ли­сти­че­ской Чува­шии: 1920–1935. Чебок­са­ры: Чуваш­ское госу­дар­ствен­ное изда­тель­ство, 1935. С. 65–67).

Хотя в авто­ном­ную область в пол­ном соста­ве вошли Чебок­сар­ский, Цивиль­ский и Ядрин­ский уез­ды Казан­ской губер­нии, часть воло­стей Буин­ско­го и Кур­мыш­ско­го уез­дов Сим­бир­ской и Козь­мо­де­мьян­ско­го уез­да Казан­ской губер­ний, все же новая область ока­за­лась намно­го мень­ше по срав­не­нию с про­ек­том. Впро­чем, новое авто­ном­ное обра­зо­ва­ние все же полу­чи­лось почти пол­но­стью моно­эт­нич­ным, так как чува­ши в нем соста­ви­ли 80,5%. Это был наи­выс­ший пока­за­тель коли­че­ствен­но­го пре­об­ла­да­ния титуль­но­го насе­ле­ния сре­ди авто­но­мий, имев­ших­ся в РСФСР в кон­це 1920 г.

НУЖНА РЕСПУБЛИКА
Посколь­ку тер­ри­то­рия ЧАО фор­ми­ро­ва­лась в более уре­зан­ном виде, чем пред­ла­гал Чуваш­ский отдел Нар­ком­на­ца, в ней ока­за­лись самые низ­кие наде­лы кре­стьян­ских хозяйств, а про­мыш­лен­но­сти – почти ника­кой. Эль­мень настой­чи­во ста­вил вопрос о пре­об­ра­зо­ва­нии обла­сти в рес­пуб­ли­ку с рас­ши­ре­ни­ем ее тер­ри­то­рии с усло­ви­ем почти двой­но­го рас­ши­ре­ния («до мак­си­маль­но­го пре­де­ла») ее пло­ща­ди за счет при­со­еди­не­ния неко­то­рых тер­ри­то­рий сосед­них Татар­ской АССР, Ниже­го­род­ской и Сим­бир­ской губер­ний (вклю­чая г. Сим­бирск как сто­ли­цу буду­щей рес­пуб­ли­ки). Пло­щадь пла­ни­ру­е­мой рес­пуб­ли­ки долж­на была соста­вить 37 тыс. кв. км, насе­ле­ние – око­ло 1,5 млн чело­век, в том чис­ле чуваш­ское – 51% (от всех чува­шей стра­ны – 70%). Но этот про­ект, пред­став­лен­ный во ВЦИК в 1924 г., был откло­нен. После ряда согла­со­ва­ний 21 апре­ля 1925 г. было реше­но пре­об­ра­зо­вать Чуваш­скую авто­ном­ную область в авто­ном­ную рес­пуб­ли­ку с пере­да­чей ей толь­ко части Улья­нов­ской губер­нии – Ала­тыр­ско­го уез­да, т. е. тер­ри­то­рии с нечу­ваш­ским, а исклю­чи­тель­но рус­ским и частич­но мор­дов­ским насе­ле­ни­ем. Реаль­но пло­щадь рес­пуб­ли­ки в 1925 г. соста­ви­ла 18,3 тыс. кв. км (в 1920 г. – 11,6 тыс. кв. км), насе­ле­ние – 890 тыс. чело­век, чуваш­ское – 74,6% (от всех чува­шей стра­ны – 60%). Таким обра­зом, в исто­ри­ко-куль­тур­ном и этно­гео­гра­фи­че­ском плане был реа­ли­зо­ван дале­ко не опти­маль­ный вари­ант наци­о­наль­но-тер­ри­то­ри­аль­ной авто­но­мии чуваш­ско­го этно­са. Но ВЦИК, утвер­ждая про­ект рес­пуб­ли­ки, исхо­дил из ленин­ско­го поло­же­ния о том, что «наци­о­наль­ные цен­тры надо оце­ни­вать по тер­ри­то­ри­аль­но­му мини­му­му, а не максимуму».

Выде­ле­ние Чува­шии в наци­о­наль­но-госу­дар­ствен­ную тер­ри­то­ри­аль­ную еди­ни­цу – собы­тие огром­ной важ­но­сти. Созда­ва­лась воз­мож­ность для зна­чи­тель­но­го рас­ши­ре­ния ее прав и само­сто­я­тель­но­сти в под­го­тов­ке и реше­нии мест­ных вопро­сов, свя­зан­ных с само­быт­но­стью этно­са. Рес­пуб­ли­ка полу­чи­ла соб­ствен­ные орга­ны вла­сти, пра­во на свою Кон­сти­ту­цию и раз­ра­бот­ку дру­гих госу­дар­ствен­ных актов по вопро­сам внут­рен­ней жиз­ни Чува­шии.
В рес­пуб­ли­ке в 20‑е годы осу­ществ­ля­лась коре­ни­за­ция госу­дар­ствен­но­го аппа­ра­та, то есть уве­ли­че­ние чис­лен­но­сти чува­шей в госу­дар­ствен­ном аппа­ра­те. Став одним из глав­ных осно­ва­те­лей Чуваш­ской авто­ном­ной обла­сти (ЧАО), Эль­мень воз­гла­вил первую госу­дар­ствен­ную кон­струк­цию ком­пакт­но про­жи­ва­ю­ще­го чуваш­ско­го этно­са. Глав­ная слож­ность, с кото­рой столк­нул­ся рев­ком, заклю­ча­лась в отсут­ствии кад­ров, вла­де­ю­щих и рус­ским, и чуваш­ским язы­ка­ми, – интел­ли­ген­ции корен­ной наци­о­наль­но­сти. На тер­ри­то­рии самой обла­сти коли­че­ство гра­мот­ных людей состав­ля­ло лишь 22% насе­ле­ния. Поиск таких работ­ни­ков шел по всей России.

Пер­вые два деся­ти­ле­тия после октяб­ря 1917 г. были исклю­чи­тель­но пло­до­твор­ны­ми в поли­ти­че­ском и наци­о­наль­но-куль­тур­ном раз­ви­тии чуваш­ско­го наро­да. Имен­но в это вре­мя сфор­ми­ро­ва­лась наци­о­наль­ная госу­дар­ствен­ность этно­са. Она спо­соб­ство­ва­ла поли­ти­че­ско­му и соци­аль­но-эко­но­ми­че­ско­му оформ­ле­нию нации, укреп­ле­нию наци­о­наль­но­го самосознания.

Мате­ри­ал под­го­тов­лен
сотруд­ни­ка­ми исто­ри­ко-гео­гра­фи­че­ско­го факуль­те­та ЧГУ им. И.Н. Ульянова

Исполь­зо­ва­ны фото­ма­те­ри­а­лы науч­но­го архи­ва Чуваш­ско­го госу­дар­ствен­но­го инсти­ту­та гума­ни­тар­ных наук и из откры­тых источ­ни­ков, а так­же с сай­та Чуваш­ско­го наци­о­наль­но­го музея