Муд­рость, заши­тая в одеждах

Лето­пись. Часть 4. Июнь 2018 год
Автор: Еле­на Кириллова

Чува­ши отно­сят­ся к наро­дам со слож­ной этни­че­ской и этно­куль­тур­ной струк­ту­рой, к тому же не рас­кры­той в пол­ной мере и до насто­я­ще­го вре­ме­ни. До сих пор идет борь­ба мно­гих, вплоть до самых фан­та­сти­че­ских, тео­рий о про­ис­хож­де­нии наро­да, но бес­спор­но одно: чува­ши — само­быт­ный древ­ний народ. Его рели­гия и тра­ди­ции, миро­воз­зре­ние и язык, быт и одеж­да хра­нят память о том гран­ди­оз­ном пути, кото­рый про­де­ла­ли его пред­ки. Прой­дя сквозь века и через зем­ли раз­ных наро­дов, пред­ки чува­шей впи­та­ли в себя эле­мен­ты запад­ной и восточ­ной куль­тур. В куль­ту­ре Чува­шии при­сут­ству­ет гунн­ская, хазар­ская, бул­га­ро­су­вар­ская, тюрк­ская, фин­но­угор­ская, сла­вян­ская, рус­ская и дру­гие тра­ди­ции, но при этом она не тож­де­ствен­на ни одной из них.

ЕДИН В ТРЕХ ЛИЦАХ
До сере­ди­ны про­шло­го тыся­че­ле­тия чува­ши, точ­нее их пред­ки, в исто­ри­че­ских доку­мен­тах высту­па­ли под раз­ны­ми этно­ни­ма­ми. Соб­ствен­но чуваш­ский этнос начал фор­ми­ро­вать­ся после погро­мов Тамер­ла­на, уни­что­жив­ше­го госу­дар­ствен­ность у пред­ков чува­шей – бул­гар Повол­жья. В ХIII–XV веках в усло­ви­ях натис­ка мон­го­лов и кып­ча­ков про­ис­хо­дит мигра­ция остат­ков разо­рен­но­го и почти уни­что­жен­но­го бул­гар­ско­го насе­ле­ния лево­бе­ре­жья Вол­ги в более север­ные рай­о­ны. Так, из мало­чис­лен­ных остат­ков бол­га­ро-сувар на двух тер­ри­то­ри­ях – на пра­во­бе­ре­жье Вол­ги (в меж­ду­ре­чье Ани­ша, Куб­ни и Сви­я­ги) и на лево­бе­ре­жье (в Зака­за­нье и При­ка­за­нье) – во вто­рой поло­вине XV века завер­ши­лось фор­ми­ро­ва­ние ново­го этни­че­ско­го обра­зо­ва­ния с назва­ни­ем «чува­ши».

Ново­яв­лен­ный чуваш­ский этнос был пред­став­лен дву­мя этно­гра­фи­че­ски­ми груп­па­ми. Здесь пояс­ним, что чет­ким при­зна­ком этно­са явля­ет­ся его этни­че­ское само­со­зна­ние, то есть осо­зна­ние людь­ми сво­ей при­над­леж­но­сти имен­но к этой, а не к какой-либо дру­гой общ­но­сти. При этом его этно­гра­фи­че­ские груп­пы, хотя и обла­да­ют опре­де­лён­ны­ми отли­чи­я­ми в сфе­ре тра­ди­ций, хозяй­ства и быта, но не настоль­ко, что­бы обособ­лять себя от сво­е­го народа.

Фор­ми­ро­ва­ние и назва­ние этно­гра­фи­че­ских групп и под­групп чува­шей так­же тес­но свя­за­но с исто­ри­ей рас­се­ле­ния.
На севе­ро-запад­ных тер­ри­то­ри­ях чуваш­ско­го края уже дав­но про­те­кал само­сто­я­тель­ный про­цесс фор­ми­ро­ва­ния чуваш­ско­го этно­са. Потом­ки бул­гар, пере­се­лив­ших­ся на пра­во­бе­ре­жье Вол­ги еще в домон­голь­скую эпо­ху, с IX века, сме­шав­шись здесь с мест­ны­ми фин­но-угор­ски­ми пле­ме­на­ми (марий­цы, морд­ва), поло­жи­ли нача­ло обра­зо­ва­нию груп­пы «тури» (гор­ные). Затем за ним закре­пи­лось назва­ние «кай енчи» (запад­ные) и «вирьял» (вер­хо­вые чува­ши).
Та часть бул­гар, что ушла на пра­во­бе­ре­жье Вол­ги – в меж­ду­ре­чье ниж­ней Сви­я­ги, Циви­ля и Суры, поло­жи­ла нача­ло обра­зо­ва­нию груп­пы «ана­три» – низо­вых чува­шей. Эта груп­па и соста­ви­ла осно­ву чуваш­ско­го этно­са. Имен­но поэто­му иное назва­ние этой под­груп­пы – «вăта», что зна­чит – «ста­рый». Чуть поз­же на пра­во­бе­ре­жье пере­шли и зака­зан­ские груп­пы – «кам­ские» или «степ­ные» («хир­ти»).

В ХVI–ХVII веках, уже после вхож­де­ния Чуваш­ско­го края в состав Рус­ско­го госу­дар­ства, чува­ши, в основ­ном из груп­пы «ана­три», ста­ли осва­и­вать «дикое поле». В сле­ду­ю­щие два века они мигри­ро­ва­ли вплоть до При­ура­лья – в Самар­ский край, Баш­ки­рию и Орен­бур­жье. Посто­ян­ные кон­так­ты с казан­ски­ми тата­ра­ми и миша­ра­ми, ослаб­ле­ние свя­зей с мате­рин­ски­ми села­ми, жизнь в иной сре­де и в иных усло­ви­ях при­ве­ли к тому, что южные чува­ши обосо­би­лись, и сло­жи­лась отдель­ная этно­гра­фи­че­ская груп­па, оста­вив­шая себе назва­ние «ана­три». А тех «ана­три», что оста­лись в Чува­шии, ста­ли уже име­но­вать «анат енчи», то есть чува­ши «ниж­ней сто­ро­ны» (сред­не­ни­зо­вые или срединные).

Каж­дую их основ­ных этно­гра­фи­че­ских групп с неко­то­рой долей услов­но­сти под­раз­де­ля­ют еще на несколь­ко под­групп. Вер­хо­вых – на севе­ро-запад­ную (сун­дыр­скую), сред­нюю (выло-волж­скую), юго-восточ­ную (меж­ци­вль­скую) и крас­но­че­тай­скую. Сред­не­ни­зо­вых – на севе­ро­за­пад­ную (соб­ствен­но «анат енчи») и юго-восточ­ную («мал енчи»). Иной вари­ант раз­де­ле­ния – на аниш-цивиль­скую, ниж­не­ци­виль­скую и коз­лов­скую. Низо­вых – север­ную, под­лес­ную или запад­ную, южную или степ­ную («хир­ти»).

Впро­чем, совре­мен­ные чува­ши в основ­ной сво­ей мас­се склон­ны рас­смат­ри­вать свой этнос как цель­ную, кон­со­ли­ди­ро­ван­ную общ­ность. Так, по дан­ным обсле­до­ва­ний еще нача­ла 1980‑х гг., 61,1% сель­ских и 52,8% город­ских чува­шей, назы­вая себя «чува­ша­ми», вооб­ще не при­чис­ля­ли себя к какой-либо этно­гра­фи­че­ской груп­пе. Объ­яс­не­ние это­му про­стое – этно­куль­тур­ные раз­ли­чия меж­ду груп­па­ми неболь­шие. К при­ме­ру, отли­чия в язы­ке столь малы, что чува­ши всех групп пре­крас­но пони­ма­ют друг дру­га. Для низо­во­го диа­лек­та харак­тер­но ука­нье (напр.: укçа – день­ги, урпа – ячмень), для вер­хо­во­го – ока­нье (окçа, орпа). А отли­чия в одеж­де и обря­до­вой куль­ту­ре в совре­мен­ном мире вооб­ще не име­ют ника­ко­го зна­че­ния. Но в про­шлом все было совсем не так…

ПО ОДЕЖКЕ ЖЕНУ ВЫБИРАЮТ
Как-то круп­ней­ший рос­сий­ский линг­вист и фило­лог Вяче­слав Ива­нов, рас­ска­зы­вая о сво­ей экс­пе­ди­ции к кетам, сде­лал акцент на том «самом глав­ном», что опра­ши­ва­е­мый пред­ста­ви­тель это­го древ­ней­ше­го этно­са Евра­зии сооб­щил чле­нам экс­пе­ди­ции: «Нико­гда не бери в жены жен­щи­ну сво­е­го рода». Запрет на инцест явля­ет­ся важ­ней­шим соци­аль­ным пра­ви­лом, обна­ру­жи­ва­е­мым у всех типов обществ, даже самых «диких». Кста­ти, и у чува­шей запрет женить­бы на род­ствен­ни­ках рас­про­стра­нял­ся до 7 коле­на. Подоб­ное табу тре­бу­ет раз­де­ле­ния обще­ства как мини­мум на две части, не свя­зан­ные друг с дру­гом родо­вы­ми уза­ми. Отсю­да – часто встре­ча­ю­ща­я­ся у этно­сов дуаль­ная орга­ни­за­ция. К при­ме­ру, у морд­вы суще­ству­ет деле­ние на эрзей и мок­шей, марий­цы делят­ся на гор­ных, луго­вых. Так и чуваш­ский этнос сфор­ми­ро­вал­ся дву­мя боль­ши­ми груп­па­ми – вер­хо­вы­ми и низо­вы­ми. И, веро­ят­но, поэто­му обя­за­тель­но сохра­ня­ет­ся та тон­кая, но все же гра­ни­ца, меж­ду груп­па­ми, кото­рые посто­ян­но сме­ши­ва­ясь, все же сохра­ня­ют каж­дая свою осо­бен­ность – как залог сохран­но­сти гене­ти­че­ско­го здо­ро­вья этно­са. И эта осо­бен­ность запе­чат­ле­ва­ет­ся в устрой­стве быта, тра­ди­ци­ях, языке.

Но имен­но одеж­да высту­па­ла глав­ным опо­зна­ва­тель­ным зна­ком. В первую оче­редь того, к како­му роду-пле­ме­ни при­над­ле­жит нося­щий ее. А в клю­че «само­го глав­но­го» пра­ви­ла для суще­ство­ва­ния этно­са пони­ма­ет­ся внут­рен­няя необ­хо­ди­мость обо­зна­чить раз­ли­чия имен­но в жен­ской одеж­де, кото­рая как бы защи­ща­ла муж­чи­ну от ошиб­ки при выбо­ре про­дол­жа­тель­ни­цы рода. Кста­ти, не заме­ча­ли ли вы, что девуш­ка, наде­вая наци­о­наль­ный костюм, свой­ствен­ный ее этно­су или ее этни­че­ской под­груп­пе, бук­валь­но пре­об­ра­жа­ет­ся? При этом часто совер­шен­но неле­по смот­рит­ся, когда чело­век при­ме­ри­ва­ет костюм не сво­ей наци­о­наль­но­сти. Полу­ча­ет­ся, что народ­ный костюм явля­ет­ся наи­бо­лее при­спо­соб­лен к дан­но­му фено­ти­пу этно­са.
В одеж­дах чува­ши при­ме­ня­ли систе­му мар­ке­ров, отра­жа­ю­щих не толь­ко этни­че­скую и этно­под­груп­по­вую при­над­леж­ность чело­ве­ка, но и соци­аль­ную, родо­вую. Эле­мен­ты костю­ма мог­ли повест­во­вать, по како­му слу­чаю одет тот или иной наряд: тра­ур, сва­дьба, сва­тов­ство. Но зна­ю­щий чело­век мог про­честь по костю­му мно­го боль­ше информации.

ВЫТКАННАЯ КНИГА
У чува­шей есть пого­вор­ка – «Чуваш­скую кни­гу коро­ва съе­ла». Это о том, что пред­ки чува­шей бул­га­ры в резуль­та­те вой­ны утра­ти­ли прак­ти­че­ски все – и свою госу­дар­ствен­ную мощь, и пись­мен­ность. Так что, по сути, муд­рость наших пред­ков, их зна­ния и пред­став­ле­ния о мире оста­лись зашиф­ро­ван­ны­ми в вышив­ках и одеж­де, ведь ана­ло­гов столь раз­ви­той систе­мы кос­мо­го­нии в костю­мах сосед­ству­ю­щих наро­дов нет.

Жен­ская руба­ха «кӗпе» счи­та­ет­ся наи­бо­лее древним и основ­ным эле­мен­том. Еще саса­ни­ды назы­ва­ли муж­ские хала­ты – «каба» и ода­ри­ва­ли ими пра­ви­те­лей. Назва­ние рубаш­ки созвуч­но с име­нем гла­вы анге­лов в чуваш­ском пан­теоне – Кӗпе, кото­рый защи­ща­ет народ и стра­ну. Кста­ти, у чуваш есть сказ­ка «Рубаш­ка из поскон­но­го полот­на», где пря­мым тек­стом гово­рит­ся о том, что про­стая рубаш­ка защи­ти­ла свою хозяй­ку от зло­го духа.

Свет­лые одеж­ды, кото­рые носи­ли чува­ши, явля­лись при­зна­ком сакраль­ной чисто­ты. «По слу­чаю жерт­во­при­но­ше­ний, празд­ни­ков наде­ва­ют белую руба­ху, южные чува­ши-языч­ни­ки носят белую вой­лоч­ную шля­пу, a рань­ше, как гово­рят ста­ри­ки, боль­шая часть их верх­ней одеж­ды тоже была белой. Но в послед­ние вре­ме­на чува­ши не толь­ко отхо­дят от Бога пред­ков, а пере­ста­ли носить и белую одеж­ду и на рус­ский лад носят одеж­ду чер­но­го и вся­ко­го цве­та, из-за чего и Турă рас­сер­дил­ся на них в послед­ние годы и посы­ла­ет на них вся­кие бед­ствия, пло­хой уро­жай, голод, болез­ни…» – такую леген­ду запи­сал вен­гер­ский этно­граф Мес­са­рош, изу­чав­ший жизнь наро­дов Поволжья.

А о «тухье» – чуваш­ском голов­ном убо­ре, кото­рый носил­ся девуш­ка­ми до заму­же­ства, – не писал толь­ко лени­вый. Это вид голов­но­го убо­ра напо­ми­на­ет по сво­ей кон­струк­ции бое­вой шлем, что поро­ди­ло даже вер­сию о том, что леген­дар­ное пле­мя ама­зо­нок тоже вхо­ди­ло в чис­ло пра­ро­ди­те­лей чуваш­ско­го наро­да. По боль­шо­му сче­ту, каж­дый эле­мент костю­ма, вплоть до самой мел­кой монет­ки на мони­сте и каж­до­го стеж­ка в вышив­ке, кста­ти, тоже уни­каль­ной у чуваш, нес свою смыс­ло­вую нагрузку.

Кро­ме того, в раз­ных этно­гра­фи­че­ских груп­пах орга­ни­за­ция быта и обще­ствен­ной жиз­ни так­же име­ли неко­то­рые раз­ли­чия и точ­но так же были отра­же­ни­ем пред­став­ле­ний наро­да о миро­устрой­стве. Очень пока­за­тель­ны в этом плане дома и подво­рья чуваш­ский селе­ний. Подроб­ный исто­ри­ко-куль­тур­ный ана­лиз все­го это­го может соста­вить не один уве­си­стый том. Так что, несмот­ря на оби­лие уже напи­сан­ных иссле­до­ва­ний, уче­ные сто­ят толь­ко в нача­ле пути, веду­щем к раз­гад­ке тайн, хра­ни­мых чуваш­ским народом.

Назва­ние руба­хи – кӗпе – созвуч­но с име­нем гла­вы анге­лов в чуваш­ском пан­теоне, кото­рый защи­ща­ет народ и стра­ну (низо­вые чуваши)

Жен­ские укра­ше­ния сим­во­ли­зи­ру­ют доста­ток, устой­чи­вость тра­ди­ций и жиз­нен­но­го поряд­ка (вер­хо­вые чуваши)

В мате­ри­а­ле исполь­зо­ва­ны фото из кни­ги Нико­ла­е­ва В. В., Ива­но­ва-Орко­ва Г. Н., Ива­но­ва В. П. «Чуваш­ский костюм от древ­но­сти до современности».